ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ
События
  • От импортозамещения к импортонезависимости

    6 Март 2019

    В Санкт-Петербурге прошла очередная технологическая конференция «Импортозамещение в нефтегазовой промышленности 2019». Главный итог реализуемой программы импортозамещения — несмотря на санкции, объемы добычи не упали, а даже увеличились.

    Организатор мероприятия — ООО «Национальный нефтегазовый форум».

    Партнерами конференции выступили: ПАО «Газпром нефть» — генеральный партнер; выставка «Нефтегаз-2019» и АО «Экспоцентр» — стратегические партнеры; Schlumberger, «Лаборатория Касперского», Корпорация «Галактика» — официальные партнеры; Группа компаний «Вымпел» — инновационный партнер; РусХОЛТС — партнер.

    По словам Генадия Шмаля, президента Союза нефтегазопромышленников России, несмотря на санкции, введенные пять лет назад, нефтегазовый комплекс продолжил развиваться. «В прошлом году было добыто 555 млн тонн нефти. Мы увеличили экспорт газа, в том числе в Европу. При этом зависимость от импортных составляющих сокращается. Так, например, у «Транснефти» сейчас она составляет лишь 7%. Мне больше нравится слово не «импортозамещение», а «импортонезависимость». Цель отрасли — достигнуть импортонезависимости в 80%. Мы видим, что работа, которая проводится Минпромторгом совместно с Министерством энергетики, дает результаты», — считает Геннадий Шмаль.

    Впрочем, по словам президента Союза нефтегазопромышленников России негатив в отрасли есть — это подготовка кадров. «Сегодня перестали готовить инженеров. Но особенно важно, что мы утратили систему подготовки рабочих кадров. Именно этому вопросу надо уделить большее внимание», — уверен Геннадий Шмаль. Кроме того, по его мнению, отсутствует доступ к длинным и сравнительно недорогим деньгам.

    Антон Ивлев, руководитель проектов управления развития ГИСП, уверен, что сейчас одной из главных задач отрасли в русле импортозамещения является налаживание горизонтальных связей. «В частности, мы предоставляем предприятиям всевозможные сервисы поддержки, развития бизнеса на базе ГИСП (Государственная информационная система промышленности). Каталог системы собирает актуальную информацию от производителей, поставщиков. Эти данные в дальнейшем могут автоматически дополняться участниками. Имея общую систему сервисов в рамках площадки ГИСП, мы видим полную картину состояния дел в отрасли», — считает он.

    Дмитрий Воробьев, генеральный директор «Объединенных машиностроительных заводов», рассказал, что в настоящий момент ОМЗ могут производить любое современное технически сложное оборудование. «Ключевые компетенции компании — реакторы, которые в РФ никто больше не производит. Одна из целей, которая поставлена перед компанией, — создание полностью российских технологий СПГ. Нами выполнен полный комплекс разработки и изготовления оборудования. Но есть проблема: когда мы производим единичные образцы, характер работы — уникален. Но запустить серийное производство невозможно, так как они не востребованы предприятиями. При этом цикл замены оборудования — лет 15», — сказал он.

    С такой же проблемой сталкивается и Андрей Орлов, заместитель генерального директора УК «Группа ГМС». По его словам, «в компании реализуется две программы замещения — по насосному и компрессорному оборудованию. Инвестиции в создание новых образцов составили 2,5 млрд рублей, но единственный недостаток — отсутствие спроса у заказчиков».

    Вопрос привлечения инвестиций затронул Сергей Архипов, начальник департамента технологических партнерств и импортозамещения ПАО «Газпром нефть». «Дорогу осилит идущий. За последний год привлечено внешнее финансирование на 6 млрд рублей. Мы помогаем инновационным проектам импортозамещения привлекать финансирование на возвратных и невозвратных условиях. Еще один фактор — «Газпром нефть» готова обеспечивать проектам возможность бесплатных испытаний на наших объектах. Компанией запущено 50 уникальных продуктов. На очереди стоит освоение еще 170», — утверждает Сергей Архипов. По его мнению, необходимо также скорректировать программу госзакупок. «Сейчас госкомпании вынуждены покупать не по принципу «самый лучший», а по принципу «самый дешевый». Возможен другой механизм: покупать пусть и более дорогое российское, но при этом иметь возможность компенсировать разницу в цене из налога на прибыль», — предлагает начальник департамента технологических партнерств и импортозамещения «Газпром нефти». По его мнению, таких импортозамещающих позиций немного.

    По словам Игоря Ананских, первого заместителя председателя Комитета Госдумы по энергетике, в последние несколько лет проблема импортозамещения активно решается. «Мы давно ушли от слова «импортозамещение» к реальным делам. Правительство активизировалось, выделяются гранты на производство первых образцов продукции. К их созданию привлекается малый и средний бизнес. Главное — снять барьеры, которые сейчас мешают отрасли развиваться, информационные, бюрократические и др. В частности, для решения этой проблемы в Госдуме создан совет, в который входят представители 50 компаний — лидеров отрасли», — рассказал он.

    Самый серьезный вызов у импортозамещения в сфере цифровых технологий, считает Антон Мальков, член правления корпорации «Галактика». «Зависимость в нефтегазовой отрасли от западных компаний велика. Сейчас же в импортозамещение поверили крупнейшие инфраструктурные госкорпорации. Подтверждение этому — заключение соглашений о стратегическом сотрудничестве в сфере цифровизации и импортозамещения, которые подписаны с корпорацией «Галактика». Перед новой промышленностью стоят задачи по достижению глобальной конкурентоспособности, максимальной эффективности и высокой производительности труда», — уверен он.

    О создании центра диверсификации, который занимается, в том числе, и гражданской продукцией, рассказала Светлана Фадеева, врио генерального директора ОРКК. «У нас большая научно-техническая база. Технологии, разработанные при производстве ракетных двигателей, дали толчок для производства широкой линейки насосного и компрессорного оборудования, газотурбинных электростанций и солнечных батарей. Мы успешно работаем с топливно-энергетическим комплексом, с ведущими компаниями России».

    Продолжилась конференция стратегической сессией, посвященной международному сотрудничеству, технологическому партнерству и экспортному потенциалу.

    Директор по консалтингу в России IHS Markit Максим Нечаев, который был модератором сессии, задал тон дискуссии. «Импортозамещение — не значит технологическая и экономическая изоляция. Оно должно обеспечивать не просто воспроизведение, но и доработку зарубежного решения внутри страны, придание ему свойств, необходимых для более полного удовлетворения нужд внутреннего рынка, — утверждает Максим Нечаев. — Локализация производства и доработка решения может стать промежуточным этапом на пути к созданию нового продукта, технические и экономические характеристики которого могут быть востребованы не только на внутреннем, но и на внешних рынках».

    Вопрос трансфера технологий крайне актуален во многих областях нефтегазовой промышленности, что на фоне санкционных запретов стало еще более острой проблемой. По мнению Екатерины Грушевенко, эксперта Центра энергетики Московской школы управления СКОЛКОВО, очевидным преимуществом трансфера технологий является их быстрое получение в сравнении с разработкой (особенно с нуля), а также меньшие затраты. Однако необходимо учитывать, что за скорость и экономию приходится расплачиваться быстрым устареванием, а также риском того, что технология все равно потребует существенной доработки. «Однако трансфер может привести и к созданию новых технологий, стать толчком для развития. В России сфера ТТ ограничивается институциональными барьерами — отсутствием страхования рисков для инновационных компаний, нет поддержки стартапов и малых компаний на этапе внедрения технологий, не развиты финансовые инструменты стимулирования инноваций. Создание отраслевых площадок, совместных образовательных программ может стать инструментом стимулирования технологических партнерств», — считает Екатерины Грушевенко.

    Сергей Костюченко, заместитель генерального директора — директор Департамента по науке и техническому развитию АО «Росгеология», рассказал о цифровизации и импортозамещении в геофизической разведке на нефть и газ. «Геологоразведка нуждается в цифровизации. Экспортный потенциал России велик, но сейчас, например, на международный уровень претендуют только четыре системы — Prime, GeoplatPro-G, T-navigator и система «Пангея». Один из ключевых факторов успеха развития импортозамещения — сотрудничество производителей оборудования с сервисными компаниями, которые максимально заинтересованы в технико-технологических средствах. Разработка и внедрение могут вестись самими компаниями, но наиболее эффективно создавать новые технологии в формате государственно-частного партнерства».

    Представители компаний познакомили со своими кейсами. Например, руководитель направления лазерного восстановления компании IRS LaserTech Роман Ланев поделился историей успеха. Он рассказал, как маленькая частная компания, которая стремится создать что-то полезное для крупных компаний, может добиться внушительных результатов. «Мы исполнили мечту многих небольших компаний — запустили многофункциональную роботизированную лазерную систему. Наша технология позволяет ремонтировать, модифицировать и продлевать сроки службы критически важных компонентов машин и механизмов. Инвестировали в создание комплекса порядка 100 млн рублей, но площадка изначально закладывалась под рост. Окупаемость — 1,52 года. Сегодня в РФ создание высокотехнологичного оборудования — одно из важнейших направлений и для правительства, и для бизнеса». У компании в планах вывод новых наработок. «Мы смогли создать покрытие на основе наноструктурированных материалов, которое по абразивной износостойкости в десять раз превышает европейские аналоги. А наносить их можно с помощью таких роботизированных комплексов, и продлевать срок службы оборудования», — добавил Роман Ланев.

    «Долгосрочное инвестирование в РФ и создание отечественных разработок — фундамент для нашей компании, — заметил Ахундов Мехти Ганиматоглы, менеджер по импортозамещению «Шлюмберже». — Сейчас уже 70% пути до полной локализации российских КНБК пройдено».

    Об экспортном потенциале российских разработок рассказал Александр Каташов, генеральный директор GEOSPLIT. «Когда мы говорим о цепочке локализации технологий, надо понимать, что, если мы ограничимся только этим, а не будем заниматься развитием, то всегда будем отставать. Используя информацию, которую предоставляет наша компания, можно управлять как одной скважиной, так и целой буровой. Мы синтезируем квантовые маркеры, размещаем эти маркеры в скважине, собираем образцы флюида из скважины. В итоге получаем и интерпретируем данные».

    Темой сообщения Рината Каримова, специалиста отдела сопровождения ключевых инновационных процессов Центра технологического развития ПАО «Татнефть», стало импортозамещение в сегменте upstream. «В компании создана программа проектов, направленных на создание высокотехнологичного оборудования, — говорит эксперт. — Цели очевидны: сокращение капитальных и эксплуатационных затрат, наращивание объемов добычи нефти, оптимальное использование производственных площадок, тиражирование импортозамещенного оборудования». Ринат Каримов продемонстрировал участникам конференции функциональную модель Центра компетенций, в которой от инновационного заказа до готового продукта на разных этапах задействованы практически все участники рынка — от крупных нефтегазовых компаний до научных кластеров и властных структур.

    Подвел итог дискуссии Михаил Кузнецов, начальник управления технологических партнерств и импортозамещения техники и технологий ПАО «Газпром нефть». По его словам, российские производители способны увеличить поставки оборудования для нефтеперерабатывающих заводов НПЗ до 80%. «Благодаря импортозамещению в экономику страны можно было бы привлечь порядка 3 трлн рублей, но есть ряд помех. Я ухожу с сегодняшней конференции с вопросом, как мы должны развиваться дальше, что делать, чтобы программы импортозамещения работали более эффективно».

    На технологической сессии говорили о новых решениях, экономической эффективности и кибербезопасности. По словам Юрия Станкевича, заместителя председателя Комитета по энергетической политике и энергоэффективности РСПП, доктрина энергетической безопасности была принята в ноябре прошлого года, а в мае будет утверждена указом президента.

    Нина Сухова, директор программ по цифровой трансформации и непрерывности деятельности ПАО «Газпром нефть», говорила о том, что риски информационной безопасности выносят в компаниях на самый высокий уровень. «При этом надо понимать, что, сталкиваясь с этими рисками, мы выходим в территорию неизвестного. У нас в компании используется более 500 ИТ-продуктов, большинство из них западные, а значит, обладающие повышенным риском. Мы провели мониторинг используемых систем и получили 250 критических и 50 высококритичных. При этом наивысшая критичность предусматривает возможность дистанционного отключения программ, которые могут привести к угрозе жизни», — рассказала Нина Сухова. Сейчас «Газпром нефть» создает альтернативные пути, которые в критических случаях подменят существующие программы и решения. «Цель, поставленная перед нами, — использование в бизнесе 70% российских решений. Мы открыты для решений и предложений. В компании открыто три ИТ-технопарка, на которых мы можем апробировать и тестировать любые решений», — подчеркнула г-жа Сухова.

    На сегодняшний день отмена санкций практический нереальна, уверен Александр Бургардт, вице-президент, руководитель дирекции EAM корпорации «Галактика». «Многие компании осознали это и начали меняться. Более того, на рынке появилось множество российских решений, которые конкурентоспособны. И хорошо, что здесь присутствуют именно российские разработчики, а не мимикрировавшие под них иностранцы. Мы разработали ERP-систему, все наши компетенции и опыт расположены именно в производственных системах. Пять заводов «Газпром нефти» работают на наших системах».

    О статусе и перспективах развития проекта по созданию отраслевого программного комплекса для проектирования, сопровождения и анализа эффективности многостадийного гидроразрыва пласта рассказал руководитель проекта МФТИ Артем Ерофеев.

    Алексей Пестриков, главный специалист департамента научно-технического развития и инноваций «Роснефти», поделился опытом компании в области разработки и внедрения технологических решений для проектирования гидроразрыва пласта -  симулятора ГРП: «Возьмите стакан сметаны, разлейте ее на пол и попытайтесь предугадать контуры и размеры пятна.  Еще более сложная задача  - моделирование реального ГРП –  мы должны одновременно учитывать даже не два, а десятки физических явлений, сопровождающих процесс роста трещины ГРП. За 1,5 года нам удалось создать и внедрить в производство симулятор гидроразрыва, сейчас у нас более 200 пользователей, выполнено  4 тыс. операций».

    Василий Солодов, директор по инновациям ГК «Миррико», представил цифровую платформу Chemexsol, которая позволяет оптимизировать цепочки поставок химических реагентов для предприятий нефтегазовой отрасли. Владимир Литвин, руководитель проекта PetroLife, продемонстрировал возможности сервиса для повышения эффективности взаимодействия между заказчиками и поставщиками, в котором сейчас участвует более чем 800 услуг и 50 тыс. наименований продукции от поставщиков со всей России. Елена Бутрина, директор управления «Информационная сеть «Техэксперт», Консорциум «Кодекс», рассказала о существующих возможностях цифровизации нормативной и технической информации на предприятии.

    В заключительной части конференции компании представили и обсудили практические кейсы для нефтегазовой промышленности.

    Мероприятие проходило в рамках подготовки к Национальному нефтегазовому форуму и выставке «Нефтегаз-2019», которые состоятся 15–18 апреля в ЦВК «Экспоцентр».

    В конференции приняло участие более 170 делегатов из более чем 100 компаний, в рамках деловой программы мероприятия с докладами и презентациями выступили 50 спикеров. 

ДРУГИЕ СОБЫТИЯ ЭТОГО ОРГАНИЗАТОРА
Основные индексы:
Dow Jones 25 516,83 14,51 (0,06%)
Курсы валют:
USD 64,1683 -0,3310 (-0,51%)
EUR 72,5808 -0,3421 (-0,47%)
CNY 95,5995 -0,5003 (-0,52%)
JPY 58,2554 -0,3404 (-0,58%)
Акции нефтегазовых компаний:
Micex Oil & Gas 7092,6 9,4 (0,13%)
Rosneft 405,2 0,9500 (0,24%)
Lukoil 5809 69,0000 (1,20%)
Gazprom 151,12 -1,1700 (-0,77%)
Gazprom Neft 322,85 0,3000 (0,09%)
Surgutneftegaz 24,58 0,0450 (0,18%)
Tatneft 755,5 8,3000 (1,11%)
Bashneft 1983 25,5000 (1,30%)
Источник – Финмаркет
Tools
Длина, расстояние
000,00
Площадь
000,00
Объем
000,00
Вес
000,00
Скорость
000,00
Температура
000,00
Плотность
000,00
Давление
000,00
Сила
000,00
Объемная
скорость
000,00
Объем/Вес нефти
000,00
Плотность нефти
000,00
Объем/вес/энергия
природного газа
000,00
Объемный расход
газа
000,00
Rad
Gra
x!
(
)
С
AC
Inv
sin
ln
7
8
9
/
Pi
cos
log
4
5
6
*
e
tan
sqrt
1
2
3
-
Ans
exp
x^y
0
.
=
+

"Бурение и освоение нефтяных и газовых скважин. Терминологический словарь-справочник", Булатов А.И., Просёлков Ю.М., М.: Недра, 2007

Примеры терминов:

  • Нагнетательный манифольд

    (pressure dischsrge manifold) сваривают из труб диаметром 6090 мм, рассчитанных на давление выше рабочего в 2,5 и более раза. В конце манифольда перед стояком устанавливают задвижку высокого давления.

    (pressure dischsrge manifold) сваривают из труб диаметром 6090 мм, рассчитанных на давление выше рабочего в 2,5 и более раза. В конце манифольда перед стояком устанавливают задвижку высокого давления.

  • Метановые углеводороды

    (methane hydrocarbons) М.у. до бутана (С4Н10) включительно при комнатной температуре  вещества газообразные; от C5H12 до C15H32  жидкости; от С16Н34 и выше  нормальные углеводороды  твердые вещества, в то время как разветвленные изомеры той же зависимости от структуры могут быть жидкими или твёрдыми.

    (methane hydrocarbons) М.у. до бутана (С4Н10) включительно при комнатной температуре  вещества газообразные; от C5H12 до C15H32  жидкости; от С16Н34 и выше  нормальные углеводороды  твердые вещества, в то время как разветвленные изомеры той же зависимости от структуры могут быть жидкими или твёрдыми.
  • Кривая провеса

    (catenary) естественный изгиб якорной цепи, стравленной с буровой установки на морское дно.

    (catenary) естественный изгиб якорной цепи, стравленной с буровой установки на морское дно.
  • Низковязкая буферная жидкость

    (low-viscous buffer) вязкая буферная жидкость, имеющая вязкость менее 0,001 Пас, применяемая для замещения неутяжелённого бурового раствора.

    (low-viscous buffer) вязкая буферная жидкость, имеющая вязкость менее 0,001 Пас, применяемая для замещения неутяжелённого бурового раствора.
  • Ингибитор коррозии

    (corrosion inhibitor) химическое вещество, используемое в системах буровых растворов для предотвращения или уменьшения коррозии при помощи солей натрия или кальция, а также реакции водорода с кислородом (применяют: известь, хроматы и др.).

    (corrosion inhibitor) химическое вещество, используемое в системах буровых растворов для предотвращения или уменьшения коррозии при помощи солей натрия или кальция, а также реакции водорода с кислородом (применяют: известь, хроматы и др.).
  • Желонка

    (bailer, sludge, sand pump) инструмент, применяемый для подъёма из скважины жидкости и песка; они бывают буровые, поршневые и др.; это труба соответствующего размера, на нижнем конце на которой укреплены башмак и клапан. На верхнем конце желонка снабжена дужкой, к которой прикрепляется тартальный канат. В зависимости от глубины скважины длина желонки может достигать 12 м.

    (bailer, sludge, sand pump) инструмент, применяемый для подъёма из скважины жидкости и песка; они бывают буровые, поршневые и др.; это труба соответствующего размера, на нижнем конце на которой укреплены башмак и клапан. На верхнем конце желонка снабжена дужкой, к которой прикрепляется тартальный канат. В зависимости от глубины скважины длина желонки может достигать 12 м.

  • Горное давление

    (formation pressure, rock pressure) давление вышележащих пород. Точнее: (по В.М. Добрынину и В.А. Серебрякову) давление на пласт, являющееся следствием суммарного влияния геостатического (вес вышележащей толщи пород с учетом их плотности) и геотектонического (напряжения, возникающего в результате тектонических процессов) давлений (напряжений).

    (formation pressure, rock pressure) давление вышележащих пород. Точнее: (по В.М. Добрынину и В.А. Серебрякову) давление на пласт, являющееся следствием суммарного влияния геостатического (вес вышележащей толщи пород с учетом их плотности) и геотектонического (напряжения, возникающего в результате тектонических процессов) давлений (напряжений).
  • Глинистый буровой раствор

    (drilling mud) жидкость, представляющая собой суспензию, в которой глина является дисперсной фазой, вода  дисперсной средой. Наиболее распространенный вид буровых растворов при бурении  специально приготовленный раствор глины в воде с добавлением различных реагентов и утяжелителей, характеризующихся определённой плотностью, вязкостью, водоотдачей, содержанием песка, концентрацией растворённых солей и т.п. (Д.И. Дьяконов, Е.М. Леонтьев, Г.С. Кузнецов, 1977).

    (drilling mud) жидкость, представляющая собой суспензию, в которой глина является дисперсной фазой, вода  дисперсной средой. Наиболее распространенный вид буровых растворов при бурении  специально приготовленный раствор глины в воде с добавлением различных реагентов и утяжелителей, характеризующихся определённой плотностью, вязкостью, водоотдачей, содержанием песка, концентрацией растворённых солей и т.п. (Д.И. Дьяконов, Е.М. Леонтьев, Г.С. Кузнецов, 1977).

Совместно с "Мультитран"
Яндекс.Метрика